July 31st, 2015

кот читает

Уничтожение еды – самый выгодный бизнес в России

В тот день, когда крестный отец Ткачев объявил войну контрафактной еде, в московских супермаркетах «Азбука вкуса» (так совпало) появилась картошка почти по 160 (сто шестьдесят) руб. за килограмм. Родом корнеплоды оказались из Краснодарского края, где (тоже так совпало) компания «Агрокомплекс» и другие связанные с семьей экс-губернатора края Ткачева фирмы недавно получили разрешение ФАС расширить свой земельный банк, что сделает их крупнейшими землевладельцами страны.
Год назад, до введения контрсанкций, на тех же прилавках лежал французский аналог: картофель для жарки, для варки, для пюре, для салата оливье. Чуть ли ни для каждого блюда — свой сорт. Дешевле, чем сегодня краснодарский импортозаменитель.
После введения контрсанкций, помимо картошки по заоблачным ценам, в продаже появились яблоки «Белый налив» размером с грецкий орех по 200 с лишним рублей за килограмм, груша детская «Малютка» (попросту — дичок) — почти по 400, мясо кабана (свиная тушенка) — около 700 руб. за 325-граммовую банку…
Реальная суть контрсанкций — протекционизм, защита внутреннего рынка от конкуренции извне. Причем протекционизм в крайне тяжелой форме для потребителей.
Если же импортный контрафактный товар не уничтожить, а отдать нуждающимся, российские сельхозпроизводители не выиграют. Ведь они не без прибыли продают свои товары на социальные нужды. А если к сиротам или беженцам поступит запрещенный бесплатный сыр, то отечественный агропром потеряет часть рынка.
Немногим лучше будет отечественным производителям, если такие товары будут продаваться в специальных магазинах или другими путями проникнут на прилавки. Поэтому член Общественной палаты Павел Сычев ратует за введение уголовной ответственности за торговлю попавшими под санкции товарами, сообщает агентство «Прайм». Как же не прислушаться к «голосу общества»?
Каждое яблоко, каждый ломоть колбасы, каждый стакан молока, дошедший до рта отечественного потребителя, миновав руки отечественного же производителя, уменьшает доходы этого производителя.
Следовательно, такой товар надо уничтожать на пути к каждому голодному рту, а его импортера и (или) продавца — сажать. Пока сажать, а там видно будет.




Практика уничтожения еды в России уже существует. И ее последствия типичны для нашей действительности – воровство, коррупция, обман.
Примером может служить Камчатка, где регулярно изымаются незаконные партии рыбы, крабов, икры. Когда-то изъятое продавали через Российский фонд федерального имущества (РФФИ), который должен был перечислять выручку в госказну. Но государство вместо прибыли считало убытки. РФФИ продавал конфискат по откровенно заниженным ценам. Разница между реальной и фиктивной стоимостью оседала в карманах местных «бонз».
За руку никого не поймали. Но руководству страны хватило оснований, чтобы упразднить РФФИ. Более того, было решено уничтожать наиболее ценную рыбную и крабовую продукцию, чтобы окончательно выбить из-под коррупции основу.
Но это не все. Оказывается, уничтожать рыбу и крабов – суперпопулярный бизнес. Коммерсанты готовы оказывать государству эту услугу безвозмездно. Они даже сами готовы ему платить, лишь бы получить от него контракты на уничтожение, о чем свидетельствуют результаты аукционов. Ну, нравится людям за свой счет сжигать крабов.
Вы, конечно, скажете, что икру и крабов на самом деле не уничтожают, а присваивают. Но кто это доказал?
И вот в июле 2015-го Путин подписал указ, согласно которому продовольственные товары, ввезенные к нам из стран, поддержавших санкции против России, будут тоже уничтожаться. Однако что-то мне подсказывает, что большая часть этой продукции будет уничтожена только на бумаге, а по факту сильно повысит чье-то благосостояние. Все нужные «схемы» для этого уже отработаны.

Источник
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.